

После Синая Бог пробует то, чего не было и не будет больше ни у одного народа: жить без власти над собой. Двести лет у Израиля нет ни царя, ни войска, ни принуждения — лишь судьи, которых Бог поднимает в час нужды: обычные люди без трона, чья сила лишь в том, что дал им Бог. Но цикл не умолкает. Сыновья судей — нечестивцы, творящие беззаконие у самой скинии; народ окончательно сбивается с пути. Происходит чудовищный случай с наложницей в Гиве, которая была обесчещена и убита, — гражданская война, анархия. «В те дни не было царя у Израиля; каждый делал то, что ему казалось справедливым». И это приводило не к свободе, а к кровавому хаосу. Прямое управление Бога через судей показало: даже когда Бог рядом и явно действует, свободное человеческое сердце постоянно сворачивает к идолам и своей воле. Отчаявшись, народ приходит к последнему судье — Самуилу: «Поставь над нами царя, чтобы мы были как прочие народы». Это кульминация отступничества: они отказываются от призвания быть народом, чей Царь — Сам Бог, они хотят переложить ответственность — снять с себя самое тяжкое, свободу. Сердце Самуила разрывается, но Бог говорит ему: «Не тебя они отвергли, но отвергли Меня». И — вот всё уважение Бога к человеку — Он даёт им царя, но какой ценой: «конституция» Самуила есть список прав царя — он заберёт ваших сыновей в войско, дочерей в прислугу, поля и стада, и вы будете ему рабами. Но народ непреклонен: «Нет, пусть царь будет над нами». Так кончается единственная в истории попытка свободного безвластия — не оттого, что она невозможна, а оттого, что человек её не вынес. Об этом — следующая станция.