Секундная стрелка скакнула дальше, комната вздрогнула и застыла в ожидании.
На столе лежала толстая, в простом переплёте книга. Страницы уже пожелтели по краям, а корешок стёрся от времени — её открывали много и бережно.
На обложке хорошо прочитывалось название — «Догмат о Церкви».
Открывалась дверь, входили и выходили люди — не толпой, по одному. Садились за стол, брали книгу в руки, листали, читали вслух или про себя.
Старик в поношенном пальто долго держал книгу, не открывая. Потом сказал:
— Я её в две тысячи третьем открыл для себя, у знакомых. Неделю ходил под впечатлением.
Он открыл наугад. Прочёл вслух, тихо:
— «Закон был тенью истинной Кости, которая однажды срастит нас изнутри…»
Посмотрел туда, где за столом, чуть видимый, сидел он.
— Я тогда не всё понял, сложно для меня было. Но не всё нужно сразу понимать.
***
Вошла молодая женщина с усталыми глазами и присела на стул. Погладила обложку.
— Я её в две тысячи втором купила в лавке. Ни про догматы, ни про каноны я тогда не понимала, но основную мысль уловила.
Она полистала. Ткнула пальцем.
— Вот здесь: «Соборность — не собрание, а способ дышать». Я это запомнила.
Закрыла, посмотрела на него с благодарностью и вышла.
***
Вошёл священник средних лет.
— Я по ней учился, — сказал он. — В семинарии нам не давали, говорили, вредная. А мы передавали друг другу тайком.
Он открыл последнюю страницу.
— Здесь вы написали: «Церковь начинается там, где двое смотрят не друг на друга, а в одну сторону». Я десять лет служу, и каждый раз, когда вхожу в алтарь, вспоминаю.
Глава продолжается в книге.