На холме над Днепром стоял Перун — бог грозы и дружины, деревянный, с серебряной головой и золотым усом. Ему приносили жертвы, перед ним клялись мечом. Это был не просто идол — это был кумир целого уклада: власть силы, верность роду, закон крови и удачи в бою. Всего за несколько лет до крещения сам Владимир, придя к власти, свёл этих богов на киевский холм и поставил их как знамя своего княжения. Кумир силы был не выдумкой чужаков, а сердцем того мира, в котором князь вырос и победил. И потому перелом должен был начаться именно с него.
В 988 году Владимир сознательно сломал то, что сам недавно возвысил. По его приказу Перуна привязали к конскому хвосту, стащили с холма, били палками «на поруганье бесу» и сбросили в реку; прочих идолов рубили и жгли. А затем киевлян свели к Днепру и крестили. Это был не мягкий рост новой веры рядом со старой — это был публичный разрыв, отречение князя и города от прежнего залога своей силы. Кумир, которому вчера клялись, поплыл вниз по реке на глазах у тех, кто ему поклонялся.
Но идол не уходит по приказу так же быстро, как падает его статуя. Наступила долгая полоса, которую историки назовут двоеверием: старые боги не исчезли, а переоделись. Перун-громовержец растворился в образе Ильи-пророка на огненной колеснице; лешие, домовые и русалки остались жить рядом с новыми святыми; обряды земли и урожая срослись с церковным календарём. Крещение киевлян за один день не стало крещением сердца за одно столетие — вера входила в глубину медленно, через сопротивление, привычку и страх, и этот скрытый плен старого длился поколениями.
И всё же поворот совершился по-настоящему. Русь вошла в круг христианских народов — а с верой пришло и её приданое: письменность, книга, каменное зодчество, право, само чувство большой истории, в которую этот народ теперь вписан. Это был тот же славянский разворот, что уже прошли до неё: крещение Болгарии, дело Кирилла и Мефодия, давших славянам буквы для Слова. Кумир племенной силы был низвергнут — а на его месте выросла не пустота, а язык, которым народ впервые смог рассказать сам себя.