Сергей Довлатов родился 3 сентября 1941 года в Уфе: семья эвакуировалась из Ленинграда. Отец был театральным режиссёром, мать — корректором. Когда Довлатову было пять лет, родители разошлись. Он вырос в коммунальной квартире у матери в Ленинграде. В 1959 году поступил на финско-угорское отделение филологического факультета ЛГУ и был отчислен через два года.
С 1962 по 1965 год он служил в армии охранником в исправительно-трудовых колониях в Республике Коми. Три года по другую сторону решётки — с оружием, с приказами, с обязанностью не замечать того, что там происходит. Позже этот опыт лёг в основу повести «Зона» (написана в 1960-е, опубликована в эмиграции в 1982). Довлатов не написал политический памфлет: он написал портреты. Охранники и заключённые удивительно похожи — теми же судьбами, теми же мечтами, теми же слабостями.
После армии вернулся в Ленинград и начал писать — рассказы, которые никуда не принимали, и газетные тексты, которые принимали охотно. В 1972 году переехал в Таллин и стал работать в местных газетах. Эстонская редакция была немного свободнее, чем ленинградская, — туда охотнее брали тех, кому было тесно в столице. Таллинский период дал материал для «Компромисса» (1981): хроника газетной работы, где каждый репортаж — история о том, как реальность расходится с тем, что нужно напечатать.
В середине 1970-х КГБ конфисковал несколько рукописей. Довлатов к тому времени написал несколько книг, ни одна из которых не могла выйти в СССР. Его проза была аполитична — он не обличал систему прямо, не писал диссидентских текстов. Но сам тон, сама честность взгляда делали её непечатаемой: советская литература требовала либо оправдания действительности, либо её обличения. Третьего не предполагалось. В Союз писателей его не принимали; в 1977 году несколько рассказов вышло в зарубежных русскоязычных изданиях, после чего его положение в Ленинграде стало окончательно невозможным.
В 1979 году Довлатов эмигрировал — через Вену в Нью-Йорк. Там он стал одним из основателей русскоязычного еженедельника «Новый американец», который превратился в культурный центр третьей волны эмиграции. Нью-Йорк оказался таким же абсурдным, как советская редакция, — только без цензуры, зато со своими иерархиями, обидами и претензиями. Довлатов писал об этом с той же невозмутимой точностью, что и о Ленинграде.
«Чемодан» (1986) — серия рассказов о вещах, вывезенных из СССР: каждый предмет становится поводом вспомнить эпизод прошлой жизни. «Наши» (1983) — портреты семьи от деда до племянника, без сентиментальности. «Заповедник» (1983) — лето в пушкинском музее-заповеднике Михайловское, где сотрудники и туристы живут среди канонического прошлого, не имея к нему никакого отношения. «Иностранка» (1986) — эмигрантский Нью-Йорк, где советские люди воспроизводят советские отношения в свободной стране. Стиль Довлатова точен и невысокопарен: короткие фразы, конкретные детали, никакой интонации жертвы. Трагедия излагается тем же тоном, что бытовая нелепица.
Сергей Довлатов умер 24 августа 1990 года в Нью-Йорке от сердечной недостаточности. В том же году в СССР вышли первые его публикации. За одиннадцать лет в эмиграции он написал двенадцать книг. В 1990-е годы он стал одним из самых читаемых русских прозаиков — страна читала его почти посмертно, наверстывая то, что было недоступно при его жизни.