Сергей Алексеевич Мечёв вырос в тени большого духовного дела: его отец, праведный Алексий Мечёв, настоятель храма святителя Николая в Клённиках на Маросейке, собрал вокруг себя необычную общину. После кончины отца сын принял этот приход и продолжил его труд — не как формальный настоятель, а как духовный отец «покаяльной семьи», где прихожане были связаны общей исповедью, взаимной ответственностью и живым молитвенным строем.
Его пастырство пришлось на годы, когда Церковь в России переживала жестокие гонения: храмы закрывались, духовенство и верующих арестовывали. Отец Сергий не стал искать безопасности ценой отречения от своего служения и своей общины. Даже под давлением он оставался пастырем для тех, кто был ему вверен, и хранил внутреннюю свободу там, где внешняя была отнята.
В 1929 году он был арестован вместе с прихожанами храма на Маросейке и выслан на Север. За первой ссылкой последовали новые аресты, тюрьмы и лагеря; годы проходили в разлуке с общиной, но не в разрыве с ней. В начале 1942 года, после месяцев заключения и допросов, он был расстрелян в Ярославле — приняв смерть за ту веру, которой служил всю жизнь.
В 2000 году Русская Православная Церковь причислила его к лику святых как священномученика Сергия. Его память — не только о трагедии эпохи, но и о том, что духовное отцовство и верность способны пережить любые гонения, а община, однажды рождённая в любви, остаётся жива и после смерти своего пастыря.